Приподнявшись, Алистер завел ей руки за спину, больно придавил коленом к земле, чтобы она не двигалась, и начал ее обыскивать.

— Ну и где он? Где ты его спрятала, маленькая дьяволица? — гневно спросил Алистер, тяжело дыша.

Он быстро ощупал изнутри ее куртку в поисках какого-нибудь потайного кармана, затем ее пояс, штаны и сапоги. Зашвырнув кинжал в снег, он выпустил ее запястья и легонько шлепнул Изабо по спине.

— Теперь мы оба промокли, а идти назад пешком долго. Полагаю, ты очень довольна собой.

Изабо не ответила, видя ярость на его потемневшем лице и плотно сжатые губы. Ей хотелось, чтобы он слез с нее и позволил ей встать, но шотландец этого не сделал.

Он продолжал сидеть на ней верхом, упираясь коленями в снег, и с таким бешенством ее разглядывал, что Изабо не осмелилась бросить ему очередной вызов. Он слишком большой и сильный, здесь, наедине с ним, она чувствовала себя даже более уязвимой, чем когда находилась среди его людей. Свои худшие дела человек творит, если рядом нет свидетелей.

Внезапно с ближайшей сосны беззвучно сползла куча подтаявшего снега и рухнула на землю в ярде от них. Изабо опомнилась первая, быстрым движением вывернула свою руку из его железных клещей и, схватив пригоршню снега, бросила ему в лицо. Пока Алистер протирал глаза, она успела сорвать с его пояса кинжал.

Положение для удара было очень неудобным, поскольку он сидел на ней верхом, но, изогнувшись дугой, она все же ухитрилась вонзить клинок ему в живот.

Последовала борьба. Изабо чувствовала силу его ярости, боль в руке, которую он сжимал, видела кровь на снегу. Затем удар по голове, и все исчезло.

Глава 3

Очнувшись, Изабо обнаружила, что сидит перед Кемпбеллом на его жеребце, местность, по которой они едут, совершенно ей незнакома, значит, с тех пор как она потеряла сознание, прошло довольно много времени.

Она сделала попытку выпрямиться, чтобы не касаться его тела, но шотландец одной рукой обнимал ее за талию и крепко прижимал к своей груди.