Алекс достойно выдержал спесивый взгляд тощего, как хлыст, англичанина, встретившего их на выходе из проулка. Перед ними стоял настоящий аристократ от макушки до кончиков ногтей. Чтобы это понять, достаточно было взглянуть на его идеально уложенные в короткую модную прическу светло-каштановые волосы, на безукоризненные черты лица и пронзительные синие глаза — точную копию глаз матери Алекса Блэкторна.

— Смею предположить, вы и есть дядя Монти? — холодно осведомился молодой человек.

— Тебе лучше звать меня бароном Рашкрофтом… или милордом, — процедил Монтгомери Кэрузерз с едва заметной снисходительной усмешкой. Передразнивая надменные манеры Алекса, барон поднял одну бровь и спросил: — Могу я поинтересоваться, почему у тебя в руках окровавленный нож?

— Там, между складами, я оставил одного мертвого и одного полумертвого человека, — спокойно сказал Алекс.

Рашкрофт брезгливо надул губы:

— Ну вот, не успел ступить на землю Святого Альбиона, а уже начал охоту за скальпами! Представляю, как будет рад твой отец!

— Вовсе нет. Это мои лесные эскапады заставили отца отослать меня под крыло к Кэрузерзам… в погоне за цивилизацией, — добавил Алекс с едва заметной примесью сарказма в голосе.

— Ну что ж, тогда мне следует немедленно приступить к делу, не так ли? — процедил сквозь зубы Рашкрофт. — Будь добр, продемонстрируй хоть малую толику хороших манер, которую должен был унаследовать от матери, и познакомь меня со своими спутниками!

— Милорд, — с издевкой улыбнулся Алекс, — позвольте представить вам преподобного Элайджу Вудбриджа и его дочь, мисс Джоселин Вудбридж.

Джосс сделала реверанс, а ее отец сдержанно поклонился.

— Вудбридж… вы, должно быть, и есть тот брат Сатингтона, что прослыл непримиримым поборником церкви? — спросил Монти и с неприязнью уставился на белый воротничок священника — знак святого сана.