– В этих хижинах живут люди, – объяснил Мэтыо девочке. Они проезжали мимо крестьянок в туго повязанных платках. Женщины смотрели на них во все глаза, полуголые ребятишки цеплялись за материнские юбки. – Но ты права, животные здесь тоже живут.

– Коровы и свиньи? – удивилась Изабел. – Не только собаки и кошки?

– В некоторых хижинах есть хлев, но чаще свиньи, коровы и козы живут вместе с людьми.

Девочка с ужасом посмотрела на дедушку, и Мэтью порадовало ее сострадание к беднякам. Себастьян даже в семь лет просто равнодушно пожал бы плечами. Похоже, что Изабел унаследовала от Мэтью доброту, которая часто заставляла его совершать странные с точки зрения общепринятой морали поступки. Мэтью давно не чувствовал себя так хорошо. Утрата сына и невестки стала большим горем, но судьба вознаградила Мэтью. Пустая, отшельническая жизнь, которую он вел, удалившись от дел и бесцельно убивая время то в лондонском клубе, то на рыбалке в Баллачармише, вдруг обрела смысл. Он сам станет учить девочку. Ей, конечно, нужна компания. Мэтыо уже все предусмотрел. Он и раньше подумывал о том, чтобы поселить кого-нибудь из вшивых чумазых деревенских ребятишек у себя в доме. Теперь, наконец, ради Изабел он так и поступит.

Обработанные нивы остались позади, теперь путников окружала девственная природа, очертания приближающихся гор становились все зримее. Чувство вины занозой сидело в сердце Мэтью. Он корил себя за то, что оставил Баллачармиш на попечение Себастьяна, что целых пять лет тянул с возвращением. Теперь его добровольная ссылка закончилась, и он уверен – впереди его ждут лучшие годы. Они с Изабел непременно станут друзьями. Несмотря на возраст, он по-прежнему твердо держится в седле. Он научит Изабел и ее будущую подружку ездить верхом, ловить рыбу, их ждут увлекательные прогулки к подножию гор Лугнаквиллия и Кидин. Он вынул из кармана бумажный пакетик и протянул Изабел.