— Но вы говорите, что он уже помогал вашей семье?

— Да. Он помог моим двоюродным братьям, Мюрреям. Но их я тоже толком не знаю, так что не могу сказать, что много слышала о сэре Саймоне. Я наполовину Мюррей; все остальное во мне от Армстронгов.

— Это плохо?

— В каком-то смысле — ничего хорошего, мальчик. Мой маленький клан, мой отец-лэрд — все они добрые, честные люди, чего никак не скажешь о старших. Они здорово запятнали честь нашей семьи, потому что кое-кто из родственников отца погряз в бесчестье. — Она поморщилась. — Знаешь, среди моей родни немало воров.

Мальчик было рассмеялся, и она усмехнулась, помогая детям взобраться на Голиафа.

— Я не слишком обижусь, если он предпочтет видеть во мне родственницу Мюрреев, по крайней мере, поначалу.

— Если он откажется вам помогать, помогу я, — заявил Рейд.

— Ты хороший, храбрый парень. — Илзбет взяла поводья и направилась к городку, ведя за собой пони. — Но тебе нужно заботиться о сестре, поэтому остается лишь уповать на то, что сэр Саймон действительно такой ярый борец за правду, как о нем говорят.

Тем более что у самой Илзбет не было никакого другого плана. Она попыталась придумать что-нибудь на ходу. Но сейчас, когда путешествие близилось к концу, ее голова работала ничуть не лучше, чем в долгие часы, проведенные в дороге. К тому времени, как Илзбет очутилась у дверей дома сэра Саймона Иннеза, она потеряла всякую надежду придумать что-нибудь умное. Оставалось лишь истово молиться, что этот человек ее спасет.

Саймон Иннез развалился в кресле у огня, с бокалом отличного вина в руке и хмуро взирал на лежащего на его коленях кота. Было ошибкой поддаться приступу милосердия и накормить этого огромного черно-белого котяру. Кот съел угощение и преспокойно вошел в дом. Иннез поглядел на своего пса. Зубастый лежал у его ног, и его нос украшала свежая царапина. Кто бы мог подумать, что огромный злой пес трусливо отступит перед бездомным котом, который безнаказанно лупит его лапой по носу!