Глаза цвета стали, которые еще недавно смотрели на нее с теплотой, внезапно стали холодными.

– А ты сама можешь сказать, что никогда не обманывала меня, Китти? Помнишь, после того как я спас тебя от Люка Тейта, ты хитростью убедила меня в том, что любишь и тебе можно доверять? Я ослабил бдительность, и это едва не стоило мне жизни. По сути дела, пуля, которая была предназначена мне, попала в другого солдата. А ты сбежала с одним из мятежников и даже не оглянулась назад.

– Это неправда! – вскричала Китти, задрожав от охвативших ее воспоминаний. – Я переживала, боялась, что тебя нет в живых. Но ведь ты использовал меня, Тревис! Разве ты забыл, с каким презрением ко мне относился? Говорил, что считаешь ниже своего достоинства навязывать сваю волю женщине. Вспомни, Тревис, ведь это из-за тебя я чувствовала себя втоптанной в грязь. У меня были все основания тебя ненавидеть – ты не отпустил меня на свободу и не отправил назад к своим, а таскал за собой по полям сражений. Ты не дал мне выбора. После всех твоих оскорблений я не могла оставаться с тобой.

Она отвернулась, не в силах вынести гневного выражения в его глазах.

– Помню то время, которое я провела в твоих объятиях… Нет, ты никогда и ни к чему не принуждал меня силой, но знал тысячу способов, как заставить мое тело изнывать и трепетать от страсти, как зажечь огонь в крови. Я не представляла себе, что такое блаженство возможно, и думала, что это и есть любовь. А потом чувствовала себя опустошенной.

– Я не хотел, чтобы ты чувствовала себя так. – Он сделал шаг вперед и привлек ее к груди так, что она ощутила биение его сердца. – У тебя осталось множество болезненных воспоминаний, но ведь и у меня тоже.