На столе лежало несколько детских книг для чтения с рассказами и статьями поучительного характера. Затем мое внимание привлекла тетрадь с надписью «Элвина Тре-Меллин. Арифметика». В тетради было несколько примеров с неверными ответами, но, перелистывая странички, я вдруг наткнулась на набросок портрета и сразу узнала Джилли, девочку, которую видела у ворот поместья.

— Неплохо, — сказала я себе, — значит, наша Элвина — художница. Это уже кое-что.

Я закрыла тетрадь, и вдруг у меня снова возникло ощущение, что за мной кто-то наблюдает.

— Элвина! — позвала я неожиданно для самой себя. — Ты здесь, Элвина? Элвина, где ты спряталась?

Ответа не было, и я покраснела от досады на саму себя, почувствовав себя довольно глупо в полной тишине классной комнаты. Я резко повернулась и, войдя в свою комнату, позвонила, попросив появившуюся Дейзи принести горячей воды.

Пока я распаковывала и развешивала вещи, пробило восемь, и с последним ударом часов на пороге комнаты снова показалась Дейзи с подносом, на котором лежал мой ужин. Сегодня мне полагалась жареная ножка цыпленка с овощами и на отдельной тарелочке под оловянной крышкой десерт из заварного крема.

— Здесь будете ужинать, мисс, — спросила она, — или в классной?

Представив себя в классной, где мне чудится чье-то присутствие, я почувствовала себя неуютно и ответила:

— Накройте, пожалуйста здесь, Дейзи, — и поскольку Дейзи, похоже, была не прочь поболтать, добавила, — а где мисс Элвина? Странно, что я ее еще до сих пор не видела.

— Она дурная девочка, — воскликнула Дейзи. — Если бы мы с Кэт позволили себе что-нибудь подобное, знаете, что бы мы за это получили? Хорошенькую взбучку — вот что! Да такую, что и сидеть потом было бы больно! А она — услыхала, что новая мисс едет, и ищи-свищи ее. Хозяина нет, а мы себе головы ломаем, куда она подевалась, пока не пришел слуга из Маунт Уиддена и не сказал, что она там. Видите ли, навестить решила мисс Селестину и мистера Питера.