— А, — сказала миссис Полгрей, вставая, — это мисс Лей. Мисс Нэнселлок хотела с вами познакомиться.

В ее голосе прозвучало осуждение. Я прекрасно поняла, что она хочет упрекнуть меня за то, что я, простая гувернантка, заставила леди ждать, пока не поужинаю.

— Здравствуйте, — сказала я.

На всех лицах отразилось изумление. Очевидно, они ожидали, что я сделаю книксен или что-нибудь подобное, чтобы показать, что отдаю себе отчет в том, что всего лишь прислуга, подумала я, ощущая на себе взгляд голубых глаз девочки. Надо признаться, что в этот момент для меня в комнате была только она. Какие у нее удивительно голубые глаза, мелькнула у меня мысль, она будет настоящей красавицей, когда вырастет. Интересно, на кого она похожа: на отца или на мать?

Леди Нэнселлок подошла к Элвине и положила руку ей на плечо.

— Мисс Элвина зашла навестить нас, — сказала она. — Мы большие друзья. Я — мисс Нэнселлок из Маунт Уиддена. Вы, наверное, видели наш дом.

— Да, мне его показали, когда мы ехали со станции.

— Я надеюсь, вы не сердитесь на Элвину. Глядя прямо в дерзкие голубые глаза девочки, я ответила:

— Мне трудно сердиться на то, что произошло до моего приезда.

— Она относится ко мне… к нам… как к родственникам, — продолжала Селестина Нэнселлок. — Наши семьи всегда были хорошими соседями.

— Я уверена, что это соседство для нее большая поддержка, — ответила я и впервые внимательно взглянула на Селестину Нэнселлок. Она была выше меня и совсем не красавица. Волосы неопределенного цвета, глаза карие, лицо бледное. Она производила впечатление человека замкнутого, лишенного яркой индивидуальности. Но, может быть, это дерзость Элвины и высокомерность миссис Полгрей создавали такое впечатление.

— Надеюсь, мисс Лей, — сказала она, — что, если вам понадобится мой совет по любому поводу, вы без колебаний обратитесь ко мне. Видите ли, я живу очень близко, и, мне кажется, что здесь ко мне относятся как к члену семьи.