— Джордж, — нарочито громко заметила я, — немедленно иди сюда. Ты, как тебе известно, — король всех собак. Шерсти более густой и шелковистой не найти во всем мире. Господь ежедневно любуется тобой с небес. Ко мне, Джордж! Я вовсе не желаю, чтобы тебя украли!

— Действительно, великолепное животное, — с нескрываемым сарказмом согласился мужчина.

Уж я-то могу отличить иронию от искреннего комплимента! Он же продолжил:

— Судьба благословила его незабываемой внешностью, но клянусь, я и не помышлял о похищении с корыстной целью получения выкупа! Правда, найдутся такие сплетники, гнусные олухи, которые посмеют утверждать, что такая огненно-горчичная шерсть вполне пригодна, чтобы напугать врага, так что ради этого стоит пойти и на кражу.

— Что значит «огненно-горчичная шерсть»? Совершеннейший вздор, смею вас уверить. Термин «горчичный» вообще неприменим к собакам. Это, скорее, оттенки желтовато-коричневого и прелестный красноватый.

Я подошла к тому месту, где стоял наглец, завладевший вниманием моего терьера. Что бы там ни утверждали, но масть Джорджа, особенно горчичные пятна, или, как завистники именуют их, «цвета детской неожиданности», просто великолепна. И в конце концов эти пятна не так уж велики, поскольку сам Джордж в высоту не будет и двенадцати дюймов и весит чуть больше стоуна

Я пригляделась к Джорджу и нахмурилась. Его длинная шерсть совсем спуталась и выглядела ужасно. Вот уже неделю я его не расчесывала — слишком была занята своими невеселыми мыслями. Какая же я нехорошая!

Меня стали терзать угрызения совести.

Что же до Джорджа… этот маленький предатель выглядел просто одурманенным. Я встала на колени, погладила большую уродливую голову, откинула шелковистые пряди и посмотрела в прекрасные глаза.

— Слушай-ка, маленькая неблагодарная скотинка! Я — та, кто кормит тебя, гуляет с тобой, терпит твой непристойный храп, когда ты слопаешь на ночь слишком много тушеного кролика. Я немедленно ухожу и желаю, чтобы ты пошел со мной. Понятно, Джордж?