— Пусть так, но надо было сначала объявиться в главном доме. Так подобает, и ваша матушка так бы и поступила. А узнать, что тут случилось, вы могли бы, послав на разведку своего лакея!

— Ох, Матюрина, Матюрина! — простонала Лаура, и ей показалось, что она очутилась в прошлой жизни. — Вы хоть помните, в какое время мы живем? Что ж вы попрекаете меня: что подобает, что не подобает!

— А вот и попрекну! Мы пережили страшные дни, а теперь жизнь должна опять войти в прежнюю колею. И такие люди, как вы, госпожа маркиза, должны бы возродить приличия!

Произнесенный Матюриной уже забытый титул подействовал на Лауру, как удар хлыстом:

— Не смейте больше меня так называть! Сами должны понимать почему. Отныне называйте меня просто «мадам». Счастье еще, что не приходится становиться «гражданкой».

— Слушаюсь… мадам. Пойду подготовлю все к приезду мадам… и ее спутников, — добавила старая женщина, бросив взгляд на Лали.

Тут Лаура, не выдержав, рассмеялась:

— Мне кажется, что вы можете называть как подобает госпожу графиню де Сент-Альферин. Пусть хоть это послужит вам утешением… До завтра, Матюрина!

Прямая как палка бывшая экономка Марии де Лодрен попрощалась как полагается и направилась к выходу из трактира.

— Идет прилив, — забеспокоился Жуан, — я провожу ее. Будет жаль, если она утонет. А на обратном пути зайду к жандармам…

В пустом, к счастью, в этот час зале Лаура и Лали смотрели в окно на их удаляющиеся силуэты.

— У меня тоже была служанка, очень похожая на нее, — грустно заметила Лали, — верная, как пес, и крепкая, как старый дуб… но характер! Будто испанская дуэнья! Я так жалела, когда она умерла.

— А в жилах моей матери текла и испанская кровь, — сказала Лаура, — вот Матюрина от нее и набралась. Распростерла над ней свои крылья, как ангел-хранитель… Я даже не представляю себе дом без нее.