После чего, бросив на него опасливый взгляд, она пошла прочь, двигаясь боком, чтобы одним глазом видеть Ангуса, а другим смотреть туда, куда ей нужно было, по ее мнению, идти.

– Ради любви… – Он осекся, прежде чем произнес богохульство перед этой незнакомкой, и без того смотревшей на него так, словно она пыталась решить, на кого он похож больше – на дьявола или на царя гуннов Аттилу. – Я не негодяй вроде тех троих, – сказал он, разозлившись.

Маргарет вцепилась в складки юбки и втянула щеки. Она страшно испугалась, когда эти трое схватили ее, ей до сих пор не удалось справиться с дрожанием рук. В двадцать четыре года она оставалась невинной, но уже достаточно долго жила на свете, чтобы понять их намерения. Человек, стоящий перед ней, спас ее, но с какой целью? Она не думала, что он хочет причинить ей вред, потому что когда он сказал о своей склонности защищать женщин, это прозвучало достаточно искренне, чтобы быть притворством. Но значит ли это, что она может ему доверять?

Словно поняв ход ее мыслей, он фыркнул и слегка вздернул голову.

– Ради любви к Господу, сударыня, ведь я спас вам жизнь.

Маргарет вздрогнула. Этот высокий шотландец, наверное прав, ее покойная мать велела бы ей стать на колени и поблагодарить его, но дело было в том, что он казался ей немного неуравновешенным. Глаза у него были горячие, они сверкали от злости, было в нем нечто странное и не поддающееся определению, это вызывало у нее дрожь.

Но Маргарет не была трусихой, и она много лет старалась привить хорошие манеры своим младшим брату и сестре, так что теперь не собиралась вести себя как лицемерка и грубиянка.

– Благодарю вас, – быстро проговорила она; сердце бешено билось, и от этого слова вылетали беспорядочно. – Это было… очень хорошо с вашей стороны. Я… благодарю вас и думаю, что могу говорить от имени своей семьи, они также благодарят вас, и уверена, что если я выйду замуж, то мой муж тоже будет вам благодарен.

Ее спаситель (или то была ее судьба? – Маргарет еще не знала в точности) медленно улыбнулся и сказал: