Валентин Корбетт, маркиз Деверилл, поднял свой бокал.

– Я предвижу неприятности, – прошептал он, делая глоток виски.

– Надеюсь, не со стороны моего мужа, – ответила Лидия, леди Френч, поднимая голову.

– Нет, он все еще пялится на Женевьеву Дюмер.

Немного подвинувшись, Валентин смог разглядеть профиль лорда Френча возле входа в комнату для игры в карты. Внимание пожилого Френча было приковано к полной груди юной мисс Дюмер, с которой он беседовал.

– Осел, – Лидия снова наклонила голову.

Прикрыв глаза, Валентин обхватил рукой затылок виконтессы, поощряя ее старания. Тем не менее, его пристальный взгляд вернулся к более занимательной маленькой драме, происходящей перед занавесями их укрытия.

Лидия снова сделала паузу.

– Тогда о каких неприятностях ты говоришь? – спросила она.

– Джон Пристли предложил леди Элинор Гриффин жемчужный браслет, а она позволила ему застегнуть эту безделушку у себя на запястье.

Следующее замечание леди Френч было приглушенным и щекочущим, но Валентин предположил, что это была просьба о большей информации. Отставив бокал с виски в сторону, маркиз скользнул пальцами по краю занавесей.

– Эта парочка отлично видна всем, – продолжил он, – включая всех трех братьев леди.

Валентин вздохнул, покрепче обхватив затылок Лидии, когда ее действия стали более энергичными.

– Я очень сомневаюсь, что герцог Мельбурн будет доволен тем, что его сестра принимает подарки от джентльмена, к тому же на публике, а главное – от идиота, который не считается достойным поклонником.

Он откинул голову назад, поскольку выходки его приятелей стали для него менее интересными, когда движения рта Лидии по его члену начали приносить плоды. Даже когда Валентин, наконец, позволил себе разрядиться, он продолжал держать свои глаза открытыми, его внимание было обращено на переполненный бальный зал, находящийся снаружи их маленького уютного укрытия. Он никогда не закрывал глаз; с теми играми, в которые маркиз обожал играть, это было бы одновременно и глупо, и подобно самоубийству.