Значительная часть ученых ушла в действующую армию и пала в ходе сражений. Другая забросила урановую проблему и занялась работами, необходимыми для фронта. И. В. Курчатов и А. П. Александров разрабатывали методы размагничивания корпусов кораблей и чуть не погибли в осажденном Севастополе. Ю. Б. Харитон и Я. Б. Зельдович совершенствовали обычную взрывчатку. А. Д. Сахаров на уральском заводе придумывал один за другим методы контроля качества корпусов артиллерийских снарядов… А в это время на Западе работа по созданию атомной бомбы шла уже полным ходом.
После испытания первой советской атомной бомбы И. В. Курчатов как-то сказал:
— Все это могло произойти и раньше, если бы не было нелепой двухлетней заминки. В конце концов размагничивать корабли могли и без нас…
Глава 3
"КУРЧАТОВ ТАК КУРЧАТОВ…"
В то время, как все работы по урановой проблеме были свернуты, руководители внешней разведки, отвечавшие перед Сталиным за научно-технический шпионаж, не забыли об атомной бомбе.
Сталин еще в начале 30-х годов требовал от внешней разведки вести настоящую охоту за техническими и научными новинками, которые разрабатывались в наиболее развитых странах Запада. Использовалась любая возможность, чтобы получить преимущество в гонке вооружений, развернувшейся в Европе после прихода Гитлера к власти.
Промышленным, научно-техническим шпионажем занимались внешняя разведка НКВД, Главное разведуправление Генерального штаба и стратегическая разведка. Агенты последней, глубоко законспирированные за рубежом, выходили, минуя аппарат, на Берию, фактического руководителя всей советской разведки. В его кабинет на Лубянке стекалась информация из самых разных стран мира. Многие технические новшества Запада выкрадывались, копировались, при возможности модифицировались и производились в СССР, но уже под другими наименованиями.