Элизабет хотела спросить, что же это за мужчины, но Мерси уже переключилась на другое: она суетилась, готовя для Элизабет одежду, которую та должна была надеть к ужину. Бросила лишь, что мужчины эти не чета тем хлыщам и подхалимам. Стыд и позор, что в Рейвенуорт-Холле, всегда пользовавшемся доброй славой, происходят такие гнусные сборища!

Некоторое время обе молчали. Загадочный граф Рейве-нуорт не шел у Элизабет из головы. Из задумчивости ее вывел голос Мерси.

— А как насчет этого? — Она держала в руках платье из золотистого атласа, украшенное бусинками, более подходящее для бала, чем для скромного ужина наедине с тетушкой. — До чего ж красивое!

— Боюсь, что даже слишком красивое для сегодняшнего ужина. Мы ведь будем только вдвоем с тетей. — Элизабет показала на лежавшее на кровати платье. — Вот это муслиновое абрикосового цвета будет гораздо уместнее.

— А разве вы ужинаете не с его светлостью? — удивилась Мерси, не выпуская из рук понравившегося ей платья. — Я-то думала, что сегодня…

— Его светлость меня не пригласил, что, учитывая состав его гостей, меня только радует. Уверяю тебя, что мне гораздо приятнее провести вечер в обществе тети Софи.

Проворчав что-то себе под нос, Мерси направилась к комоду розового дерева. Элизабет смотрела, как она достает чистую рубашку, но мысли ее были далеко, с Николасом Уоррингом. Она никак не могла найти ответа на вопрос, почему такой красивый и умный мужчина, как граф Рейве-нуорт, так глупо растрачивает свою жизнь.

Мысли о графе преследовали Элизабет и на следующее утро, однако его самого она никак не ожидала увидеть. Элизабет всегда была ранней пташкой и, уверенная в том, что ни один из гостей графа не встанет после бурно проведенной ночи раньше полудня, решила позавтракать в уютной солнечной маленькой столовой, расположенной в задней части дома. Это была тихая и радующая глаз комната в зеленых и оливковых тонах с окнами в сад.