Мики достаточно хорошо разбиралась в мужских взглядах, чтобы понять, какое направление приняли мысли незнакомца. Она презрительно нахмурилась. Ох уж эти мужчины! Они могут думать о чем-либо еще, когда остаются рядом с женщиной? Ни с одним нельзя поговорить, без того чтобы он не стал тебя мысленно раздевать! И этот смотрит на нее, как мышь на сыр. Ах ты, грязный скот!

– Я была бы вам благодарна, если бы вы не разглядывали меня так откровенно, – презрительно фыркнула Мики.

Тем временем ее глаза помимо воли изучали незнакомца. Плечистый, широкогрудый, он был в зеленой рубашке, две верхних пуговицы на которой оказались оторваны. Она не могла перебороть себя и взглянула на обнаженную грудь в разрезе рубашки. Грудь незнакомца была мускулистой, с золотистой кожей, покрытой черными волосами. Глаза Мики спустились к узкой талии и узким бедрам, а потом к ногам – и мускулистым. В теле незнакомца все было словно налито силой. Не заметить его в толпе было невозможно.

За последние несколько недель Мики познакомилась с несчетным количеством холостых молодых людей, привлекательных и смазливых, но никто из них не вызвал в ней чисто женского интереса, столь сильного и внезапного. Мики сморщилась, словно ее ударили сзади. Боже, она не знала даже имени этого человека, а ведь он лежал на ней около часа.

– А, теперь кто кого разглядывает, мисс Ласситер? – глубоким хриплым голосом произнес Кейл. От этого голоса по ее коже пробежала легкая дрожь.

Кейл поднял пальцем потерявшую форму шляпу, открывая лоб, черные волосы и серебристо-серые глаза с густыми черными ресницами. На его загорелом лице играла самодовольная улыбка.

Казалось, Господь решил дать этому проходимцу все, что мог, – благородный профиль, сложение римского бога, мужественную красоту. От взгляда его проницательных глаз Мики вздрогнула, словно ее ужалила оса. Наверняка этот человек угадал ее греховные мысли. Она залилась краской, будто ее застали подглядывающей в окно. Чтобы справиться с собой, Мики вызывающе подняла подбородок.