За последние два дня в замок съехалось много окрестных лордов. Джэнет велела приготовить для всех достаточно еды и напитков и выдержала жестокую схватку с Марджери.

— Тебе бы запереться в своей комнате от стыда, — заявила Марджери.

— Мне нечего стыдиться, — отрезала Джэнет.

— Мой сын всегда был здоров.

— Ваш сын слишком много ел и пил.

— Ты была ему никудышной женой.

— Я подарила ему наследника.

— А потом отравила его отца!

Джэнет заставила себя выдержать злобный взгляд свекрови.

— Это я теперь владетельная графиня Лохэн и не потерплю подобных обвинений!

— Ну, это мы еще посмотрим, — пригрозила Марджери. — А ведь говорила я сыну, чтобы не женился на якобитке-бесприданнице!

— Но он женился. А то, что он не унаследовал мои земли, так это не моя вина — обратитесь с жалобой на его светлость герцога Камберлендского.

— Шлюха!

— Если вы еще раз употребите подобное слово, то покинете Лохэн навсегда! А сейчас меня ждут неотложные дела.

Гордо вскинув голову, Джэнет направилась в кухню, но, как только поняла, что Марджери уже не может ее видеть, прислонилась в изнеможении к стене. Она не любила ссор, но хорошо понимала, что свекровь — опасный враг и сделает все возможное, чтобы ее погубить. Однако она этого не допустит. У нее на руках четверо маленьких детей, и в своей ответственности за них она почерпнет силу и выдержку. Она достаточно долго проявляла слабость. Больше этого не случится.

Нил всячески ругал себя за глупость. Зачем он поехал? Он, конечно, опоздает на похороны. Но слухи об отравлении… Они дошли и до него, и Нил не мог не отправиться в Лохэн. Девушка, которая когда-то так нежно его любила, не могла бы убить человека. Он понимал также, что у Джэнет, родившейся в якобитской семье, сейчас очень мало друзей. А он, во всяком случае, может предложить ей дружеское участие.