Лишь поставив свою подпись в большую церковную книгу, Тесс отважилась бросить взгляд на золотой кружок. Кольцо с необычной филигранной отделкой было ей несколько велико. Она повернула его и вдруг увидела надпись: Лайонес. В тот же момент викарий поздравил ее и пожелал много счастья, несмотря на то, что судьба забрасывает ее так далеко от родных мест, где она провела безмятежные годы.

Тесс покраснела.

– Застенчивая юная невеста – совсем, как пишут в книгах, – тихо произнес Трегарон, прикладывая, казалось, все усилия, чтобы его слова не звучали насмешливо.

И затем обратился к викарию:

– Не беспокойтесь, сэр, в Корнуолле я буду носить ее на руках. Это просто подарок судьбы, что я завоевал ее.

Завоевал ее! От двоякого смысла этого замечания у Тесс перехватило дыхание. Даже в церкви не может он придержать свой язык! Их взгляды скрестились, и вдруг, к своему удивлению, Тесс увидела, что он улыбается ей, как бы приглашая в сообщники. Невольно улыбнулась она ему в ответ, и вдруг он наклонился и поцеловал ее.

От прикосновения его губ, нежных, но властных, у Терезы перехватило дыхание. Никогда прежде она не испытывала ничего подобного, и все, что происходило вокруг, на какое-то мгновение просто перестало для нее существовать. Но вот уже отец обнял ее. Элизабет и Вильям были, казалось, искренне тронуты, Старлинги поцеловали ей руку. Затем Деймон протянул ей руку и повел из церкви к экипажу. Кучер взмахнул кнутом, лошади тронулись, и они остались вдвоем. Прошла целая вечность, прежде чем Деймон, с нахмуренным видом смотревший в окно, обернулся к ней.

– Надеюсь, ты будешь счастлива, – произнес он, и на сей раз в его голосе не слышалось насмешки. – Это единственное, чего я жду от тебя.

Несмотря на то что он говорил с убеждением, он ни в коей мере не был похож на сияющего от радости жениха. Посему слова его не успокоили Тесс. Она не знала, что ответить. Судорожно подыскивая тему для разговора, она в конце концов попросила вернуть ей рубиновое кольцо.