— Пить! Чай с молоком!

Саша с беспокойством посмотрела на гостью.

— Чай с молоком! — завопила Вреднючка и, зажмурив глаза, задрыгала ногами.

— Я сама не умею наливать, — пробормотала Саша.

— Ну, сейчас. Подожди! Не кричи! Я попробую…

Она слезла со стула. Открыв холодильник, достала пачку молока. И тут, придвинув стул к столешнице, на которой стоял чайник, увидела чашку чая с молоком, которую для неё приготовила мама.

«А я пить не стала — из вредности. Сначала сказала, что чай горячий, потом — несладкий. Хорошо, что мама его не вылила», — бормотала Саша, осторожно беря чашку обеими руками.

— Пожалуйста. Чай с молоком. Только как ты будешь пить, ведь чашка большая, а ты маленькая?

Вреднючка даже не посмотрела в Сашину сторону. Она вылезла из сахарницы, рассыпав кристаллики на столе, и на глазах стала расти. И, о ужас! Зелёная девочка была Саше очень знакома: этот вздёрнутый носик, эти смешливые губки. «Это же я!»

Вреднючка выросла до размеров куклы. Схватила чашку и успокоилась. Только Саша перевела дух, как Вреднючка заверещала что было силы:

— Холодный! Несладкий!

Да так поставила чашку на стол, что чай расплескался.

— Мама говорит, что нужно аккуратно кушать, — сказала Саша, но Вреднючка завизжала ещё громче.

— Чаю давай горячего! Нет! Тёплого! А это что? — вдруг неожиданно успокоившись, показала она на фломастер, случайно оказавшийся на столе.

— Это фломастер. Я им сегодня рисовала.

Девочка не успела опомниться, как Вреднючка, отбросив колпачок фломастера, скакнула в коридор и подлетела к обоям.

— Ой-ой-ой! — закричала Саша, догадываясь, что сейчас произойдёт.

Сколько раз она сама пыталась нарисовать что-нибудь на пустой розовой стене, но предусмотрительная мама вовремя останавливала.