– А как на это посмотрит ваш брат?
– У Рейна с женой на тот вечер другие планы.
Он наградил девушку обезоруживающей улыбкой, затем потянулся к ее руке и медленно поднес к губам. Даже через перчатку она почувствовала тепло его рта, и по коже у нее забегали мурашки.
– Тогда можете не сомневаться – я там буду.
Александра повернулась и поспешила уйти, чувствуя, как вспыхнуло лицо и тревожно забилось сердце. Войдя в дом, она продолжала ощущать спиной обжигающий взгляд ярких синих глаз.
– Ты пригласила его сюда? – недоверчиво спросила Джейн. – Ну и ну. Боюсь, теперь меня ждет нагоняй от папы.
Они сидели в ногах кровати Джейн на розовом атласном покрывале под высоким балдахином. Только что девушки приехали в дом герцога на Гросвенор-сквер, сняли свои вечерние платья и облачились в длинные ночные рубашки из плотной ткани.
– Ничего страшного. Твой отец решит, что его пригласил кто-то еще. А я думаю, его светлость слишком деликатен, чтобы попросить графа покинуть дом.
– В этом ты, пожалуй, права.
– Мне хочется узнать, что он замышляет. Я должна выяснить, так ли…
– Что «так ли»?
– Так ли он ужасен на самом деле, как о нем болтают. Когда я смотрю на него, мне кажется… Короче, я не знаю… Мне как-то не верится, что это безнадежно испорченный человек.
– Увы, это так. Можешь мне поверить. Граф – повеса. Мужчина без стыда и совести. К тому же убежденный холостяк.
– И Рейн был таким же. Я уж не говорю о его лучшем друге – Доминике Эджмонте, маркизе Грейвенволде. И что? Посмотри, какие они замечательные мужья – что один, что другой.
– О чем ты говоришь? Неужели всерьез считаешь, что этот распутник – подходящая партия?
– С чего ты взяла? Разве я говорила о замужестве?
– Нет, но прозвучало очень похоже.
Александра задумчиво провела рукой по тяжелому розовому шелку портьеры.
– Я знаю, Джейн, ты не одобряешь моей затеи. Это твое право. Только если он действительно такой скверный человек, как ты считаешь, то я сумею разобраться. Я хочу знать правду. Пока же могу сказать одно: лорд Фэлон – мужчина, который вернул мне вкус к жизни.