— Прочь, глупое создание! Я вас сейчас же вышвырну на улицу. Вышвырну!

— Нет, мэм, пожалуйста. Это больше не повторится. — Девушка оглянулась на мужчин, безуспешно ища помощи. Никого из обедневших аристократов, повинных в этом инциденте, не волновала ее судьба. — Умоляю вас! Не выгоняйте меня!

— На самом деле она не раскаивается, — сказала леди Леттис. — И говорит так только потому, что осталась сиротой и умерла бы с голоду без моей доброты. Так, Эмма?

— Да, мэм. — Эмма накинула шаль на плечи леди Леттис, потом взяла у нее из рук носовой платок и вытерла ей щеку.

— Хорошо, довольно, — отодвинула ее леди Леттис. — Вы меня раздражаете. Я оставлю вас, но если вы снова стукнете меня…

— Нет! — Эмма присела в реверансе. — Спасибо! — И снова присела.

— А сейчас… — Забрав носовой платок, леди Леттис уставилась на него. Майкл буквально видел, как в ее мозгу зарождается отвратительная выходка. — Намочите платок. Отправляйтесь в дамскую комнату и сделайте это.

— Как пожелаете, леди Леттис. — Эмма взяла носовой платок и ушла.

— Смотрите, господа, — сказала леди Леттис. — Это настоящее развлечение. Глупая девчонка совершенно не способна ориентироваться. Она сворачивает направо, когда нужно повернуть налево, идет на север, когда надо идти на юг. Дамская комната — направо, так что она повернет налево.

Мужчины наблюдали, как Эмма замедлила шаг у двери.

Майкл мысленно указывал ей вправо.

Но, как и было сказано, она повернула налево.

Подхалимы вокруг леди Леттис захохотали.

Майкл вздрогнул.

— Не хотите держать пари, сколько времени ей потребуется, чтобы найти обратную дорогу? — хихикнула леди Леттис.

— Хорошая забава, — сказал Бедингфилд. — И я держу пари, что ваш носовой платок еще долго будет сухим!

Все потешались над девушкой, которая никому не сделала ничего плохого.