Принародно отец помирился с Салимом, но видеть его он не хочет. Ты поступила легкомысленно, Ясаман. Нужно было посоветоваться со мной, прежде чем посылать за Салимом. Абу-л Фазла убили год назад в этот самый день.

Потрясенная, Ясаман повернулась к ней.

— О, мама Бегум, я не знала!

— До сегодняшнего дня тебе и не следовало этого знать. Я и сейчас не рассказала бы, если бы ты не пригласила Салима. К чему тебе знать, что любимейший друг отца и его советник убит на твое двенадцатилетие? Так трагично, что любимейший день Акбара, в который он всегда веселился, стал днем его печали.

— О, мама Бегум, я не сделаю отцу больно. Ты ведь знаешь, как я его люблю, — воскликнула Ясаман.

— Тогда пошли к брату Адали и попроси его уехать, пока не прибыл отец, — посоветовала Ругайя.

— Да, да, — закричала девочка и, позвав евнуха, служившего ее старшим управителем, отдала приказание, нервно переводя взгляд с его лица на лицо матери в поисках поддержки.

Адали торжественно поклонился и, встретившись на короткое мгновение своими карими глазами с глазами Ругайи, дал ей знак, что все понимает. Потом, вновь поклонившись юной госпоже, поспешил вон.

— Ничего, ничего, моя девочка, — обняла дочку Ругайя Бегум. — Теперь все будет хорошо, обещаю тебе. — «Если я знаю Салима, а я его знаю, — думала женщина, — сейчас в сердцах он бросится прочь и не скоро побеспокоит нас снова».

Но она ошиблась. Возвратясь в свои покои, чтобы переодеться, Ругайя увидела там Адали.

— Принц объявил, что покинет дворец, он не хочет испортить день рождения сестры. Но останется поблизости и будет ее навещать, потому что последние месяцы был с ней разлучен и скучал по ее обществу. Он просит передать отцу заверения в его уважении. Один из его слуг задержится во дворце, чтобы вручить принцессе подарок.

Ругайя Бегум нахмурилась.