Однако он по-прежнему лежал неподвижно, с закрытыми глазами; алое пятно расплывалось по груди.

— Фелипе?

— Он не слышит вас, сеньора, — произнес низкий голос. Ее подняли на ноги, не грубо, но твердо. — Думаю, ваш муж мертв.

— Нет! — Аманда вырвалась и снова упала на колени рядом с Фелипе. Ее глаза расширились, когда она провела пальцами по его груди и увидела свои окровавленные руки. Нет-нет, она не любила его, она хотела от него избавиться — но не таким способом!

Ее снова схватили за руки, на этот раз так крепко, что она не могла вырваться.

— Он мертв, сеньора, а вы должны пойти с нами.

— Не пойду! — Ужас придал Аманде смелости, и она повернула голову назад, чтобы увидеть хмурое лицо бандита, державшего ее за руки; ее голубые глаза затуманились от страха и ярости. — Отпустите меня! — Она в ожидании уставилась в темное лицо высокого мужчины, только сейчас заметив его суровый вид и винтовку в руке, странно контрастирующие с сочувствием в черных глазах.

— Простите, сеньора, но вы должны пойти с нами. У вас нет выбора.

Педро, зная, как разозлится Эль Леон, когда поймет, что дон убит, не осмеливался причинить вред жене дона. Пусть Эль Леон сам решает ее судьбу. Но Педро не чувствовал никакой радости оттого, что ему придется сообщить Эль Леону о смерти дона.

— Вы пойдете с нами, — повторил он.

Аманда не ответила, а только стояла, подняв подбородок, что выражало неосознанное высокомерие и презрение, и сохраняя внешнее спокойствие. Мелкие подробности ярко отпечатывались в ее памяти, когда она смотрела на бандитов, привязывающих нескольких сдавшихся мужчин из эскорта Фелипе к карете. Лошадей, перерезав ремни упряжи, освободили и разогнали улюлюканьем и кнутами. Сундуки, привязанные к одной из повозок, открыли и расшвыряли ее вещи, которые белоснежной пеной покрыли землю.

Подвели лошадь, и Педро поднял Аманду на широкую спину, приказав ей держаться крепче. В оцепенении, все еще чувствуя, будто ей снится ужасный кошмар, Аманда сидела неподвижно, глядя прямо вперед, не в силах смотреть на тела, распростертые на земле. Но, как жена Лота, она не смогла удержаться и, уезжая, бросила последний взгляд через плечо. Аманда подумала, что никогда не сможет забыть это ужасающее зрелище: муж, мертвый, распластанный на земле, как сломанная кукла, с посеревшим лицом.