Моя фантазия сразу рождала душераздирающую историю о его нищете и лишениях, так что Эсмеральда немедленно принималась всхлипывать. Она была столь ранима и впечатлительна, что подчас мне приходилось придумывать счастливый конец к своим рассказам, как бы это сделала кузина Агата. «Он» (герой моего повествования) происходил из благородной семьи, но промотал наследство в трактирах и пивных. Жену он бил, дети его боялись. Бедное незамысловатое создание, Эсмеральда, так легко попадала под влияние моего воображения!

Днем после занятий мы с нянькой Грейндж отправлялись гулять в Кенсингтонский парк. Она усаживалась на скамейку среди клумб, мы же возились поблизости.

— Только чтобы я вас все время видела, — в основном ко мне обращалась няня, — а то нам с тобой, мисс Эллен, придется потолковать по-иному.

Впрочем, зря она беспокоилась на сей счет, потому что больше всего мне нравилось околачиваться около нее и слушать ее болтовню с другими няньками.

— Мамаша Эсме… Да она просто мегера, вот что я скажу. Я бы ни за что здесь не осталась, но раз уж моя тетушка нянчила ее, я останусь верной нашей традиции. А сама мисс Эллен, та просто настоящая маленькая хозяйка. Видит Бог, ее-то и принимают за господскую дочку, но уж никак не за бедную сиротку. Вот помяните мои слова, она еще приберет к рукам весь дом.

Другие няньки тоже говорили о своих подопечных и хозяевах; я всегда умоляла Эсмеральду посидеть тихо, пока идут эти разговоры. Сверстники наши кричали, играли в мяч, вертелись волчком, нянчили кукол, я же с равнодушным видом сидела на травке позади скамейки и бессовестно подслушивала.

Дело в том, что я была одержима идеей узнать побольше о своей матери.