И понял, что постарел по меньшей мере на двадцать лет, когда Хэнк свернул при семидесяти милях в час, чуть не врезавшись в тротуар на противоположной стороне. Почувствовав запах паленой резины, Джо выругался. Приблизившись к машине Барни, Хэнк нажал на тормоз.

— Оружие! — рявкнул Хэнк.

Джо потянулся к пистолету Хэнка, притороченному к полу, хотя и был уверен, что не сможет им воспользоваться — так сильно тряслись руки.

Барни вяло выбирался из машины, возле него осталось всего трое горожан. Механик покинул его пару дней назад. Барни был изрядно оглушен ударом, но, увидев машину Хэнка и Джо, а следом за ними — разъяренную толпу, показавшуюся из-за угла, быстро смекнул что к чему. Даже не обернувшись к своей разбитой машине, он прыгнул прямо на колени Джо, и Хэнк снова нажал на газ.

Оказалось крайне затруднительным миновать в объезд этот маленький городок, петляя между нор койотов, высоченных кактусов, то и дело останавливаясь, чтобы открывать и закрывать ворота частных владений. Джо страдал под тяжелой тушей Барни, а тот бахвалился, что непременно обставил бы их в гонке, да свернул, чтобы не переехать собаку, и врезался в стену.

Джо начал думать, что Барни на самом деле не так уж и плох.

— Эти чертовы собачьи кости — просто смерть для шин, — заявил Барни.

Джо и Хэнк переглянулись. Через час, милях в шести от очередного маленького городка, Хэнк остановил машину и велел Барни выметаться.

— Вы не можете бросить меня здесь! — возмутился Барни. — Я умру от жажды.

— Не умрешь, если ходить не разучился, — отрезал Хэнк и рванул вперед.

Джо со вздохом откинулся на сиденье.

— Никогда не испытывал такого облегчения. Куда теперь, босс?

— К финишу!

Хэнк Монтгомери выиграл гонку. Отряхиваясь от грязи, он поднялся на платформу и получил из рук мэра Феникса серебряный приз высотой в три фута.