Скай только улыбнулась.

— Роберт Саутвуд, видимо, пошел в мать. Правда, и отцовской сметки у него не отнять.

— Если не вы привезли его в Бель-Флер, бабушка, зачем же тогда это далекое путешествие да еще среди зимы? — удивилась Жасмин.

— Твой дедушка скончался, — без обиняков заявила Скай. Жасмин охнула; слезы градом хлынули из глаз.

— О, дедушка, — тоскливо прошептала она, но тут же вновь набросилась на графа Гленкирка:

— Это все вы! Не гонялись бы за мной, как охотничий пес, и я смогла бы провести с ним последнее время! Теперь из-за вас я никогда больше его не увижу! Ненавижу! Ненавижу вас, Джеймс Лесли!

— Мадам, — холодно произнес граф, — вините во всем себя! Вам не стоило пренебрегать приказами короля и скрываться от меня! Да, мы должны были пожениться. Я любил вас и готов был ждать сколько угодно, пока вы смиритесь с кончиной принца Генри. Я не тащил вас силой к алтарю, Жасмин. Однако вы предпочли бросить королю вызов и, взяв детей, скрыться во Франции. Я приезжал в эту страну трижды, но не мог отыскать вас — все родственники де Мариско дружно молчали. Но теперь игра закончена. Вы вернетесь в Англию, где выйдете замуж, и на свадьбу соберется все высшее общество, те самые люди, которые так нещадно издевались надо мной два года назад, первого апреля.

— Ни за что! — вскрикнула Жасмин.

— Все будет так, как я сказал, мадам.

— Я принцесса из рода Великих Моголов… — начала Жасмин.

— Которая не может вернуться домой, в Индию, — оборвал ее Джеймс. — Вот уже десять лет как вы живете в Европе, Жасмин. Теперь вы английская леди, и пора забыть о Моголах. Вашей бабушке не помешает отдохнуть, а потом мы вернемся в Англию. И не вздумайте снова исчезнуть, моя дорогая Жасмин. Гэдби давно ждет своего молодого хозяина, и не собираетесь же вы лишить сына Рована Линдли законного наследства?! А ваши дочери? Бьюсь об заклад, вы позволяли им резвиться на свободе и играть с крестьянскими ребятишками. Уверен, что вы даже не позаботились нанять гувернантку! Они английские аристократы, и неплохо бы вам это запомнить!