— Ты нисколечко не веришь, что я обречена на вечное вдовство, правда, Адали? — раздраженно бросила Жасмин. — Все вы против меня, даже бабушка! Она встала на сторону графа, и поэтому мне необходимо бежать сегодня ночью. Другой возможности не представится.

— И снова вы забываете о детях! — упрекнул Адали. — Вы слишком долго жили одна, принцесса. Но теперь должны вернуться к людям! На сей раз я не стану вам помогать, и Рохана с Торамалли со мной согласны. Подумай, дочь моя, куда ты отправишься, покинув Бель-Флер? Ты не сможешь поселиться во владениях короля Якова, и твои английские, ирландские и шотландские поместья для тебя закрыты. Только благодаря родственникам ты скрывалась так долго, но стоит мадам Скай все им объяснить, как тебе придется бежать и из Франции. К тому же в этой стране постоянно воюют католики с протестантами. Скоро оставаться здесь будет небезопасно. И что дальше? Мы оба знаем, что вы не можете вернуться к брату в Индию. Нет, принцесса, ваше место рядом с мужем! — отчеканил евнух, и Жасмин поняла, что впервые в жизни у нее нет иного выхода, кроме самого неприятного.

— Прикажете сказать его светлости, что вы спуститесь к ужину, госпожа? — мягко, но настойчиво осведомился Адали.

Жасмин хотела отказаться, но неожиданно почувствовала сильный голод. Сама мысль о том, чтобы пробраться на кухню и украдкой стащить что-нибудь, была невыносима. Нет, она не позволит графу командовать в собственном доме. Джеймс Лесли — самый высокомерный наглец на свете, но — гром и молния! — он не лишит ее ужина, как провинившуюся служанку!

— Я должна переодеться! — величественно, как подобает принцессе из дома Великих Моголов, заявила Жасмин. — Пожалуйста, передай бабушке, что я скоро приду.