Едва только капитан снова подумал о том, что его теперь ожидает, как сама судьба предстала перед ним в образе Джеронимо – приземистого человека с властным лицом и суровым взглядом. Джордан решил, что самое лучшее для него в этой ситуации – сохранять молчание.

Через минуту он уже сидел на полу вигвама в окружении суровых мужчин, которые, должно быть, удивлялись про себя, почему задержавшие бледнолицего не убили его сразу или хотя бы не допросили на месте.

– Расскажи мне о бледнолицых воинах, – проговорил вождь индейцев спокойным, почти дружеским тоном, но от этого тона по спине Джордана побежали мурашки. – Ты был один из них?

– Был, – признался Джордан и, набравшись смелости, посмотрел в глаза вождю. – Но теперь я уже не с ними, а сам по себе.

– Мы это уже поняли, – усмехнулся индеец. Его и без того узкие глаза стали еще уже. – И ты не боишься ехать через мои земли, бледнолицый?

– Твои? – Джордан удивленно вскинул брови. – Я думал, эта земля ничья – и уж тем более она не принадлежит апачам. Так же, как небо, ветер, солнце…

С минуту Джеронимо пристально смотрел на бледнолицего, а затем кивнул и не спеша произнес:

– Может быть, ты по-своему и прав. Но так, как ты, думают лишь бледнолицые. Кто тебя послал?

– Никто, – ответил Джордан, пытаясь голосом не выдать волнения. – Когда-то я был в армии, но сейчас один как перст. Просто проезжал мимо по своим делам… Вообще-то я еду в Мексику, – добавил он.

– В Мексику! – Взгляд вождя немного смягчился. – Знаю, знаю, сам там не раз бывал… – Джеронимо имел в виду свои регулярные набеги в Мексику, где он со своими людьми жестоко грабил и вырезал ни в чем не повинных белых.

Смуглое лицо индейца снова стало каменным. Он смерил пленника холодным взглядом:

– Возвращайся к своим бледнолицым братьям, приятель. И скажи им, что Джеронимо не трусливая баба, как некоторые. Джеронимо никогда не сдастся. Он будет убивать любого бледнолицего, кто посмеет отобрать нашу землю, нашу еду, наши…