– Каким ветром тебя занесло в наши края, приятель? – спросил Пит (так звали бармена, если верить висевшей на стене деревянной табличке).

— А тебе-то что? – небрежно бросил в ответ Джордан, по-прежнему не глядя на него.

– Мне-то, собственно, без разницы, но вот другим может быть до этого дело.

Обернувшись, Джордан посмотрел на бармена таким взглядом, что тот наверняка пожалел о сказанном. Взгляд голубых глаз незнакомца буквально прожигал насквозь.

– Много будешь знать – скоро состаришься, – ледяным тоном проговорил Джордан.

– Извини, приятель, – промямлил бармен. – Больше вопросов не имею. – Он собрался было убрать бутылку, но Джордан поспешно перехватил ее.

– Не надо. Дай сюда! – рявкнул он.

Пит не стал спорить и на всякий случай отодвинулся от грозного незнакомца подальше. Вообще незнакомцы во Франклине не были редкостью – ведь городок стоит на самой границе Техаса с Мексикой, – но этот высокий, плотно сбитый малый разительно отличался от остальных. Чем именно, Пит не мог понять и потому продолжал изучать его, пристально глядя в лицо. В этот момент в дверях салуна показалась фигура очередного посетителя.

Хотя с момента окончания Гражданской войны прошло ни много ни мало восемнадцать лет, кое-кто все еще никак не мог примириться с тем, что принесла победа южан, – свободой для людей с черной кожей. Одним из этих «несмирившихся» был Пит Макколл.

– Эй! – закричал он при виде входившего в его заведение чернокожего. – Ты куда, приятель? Тебе сюда нельзя!

В баре тут же стало тихо. Даже тапер прекратил бренчать и повернул голову в сторону двери.

– Это ты мне? – спросил огромного роста негр и твердой походкой направился к стойке. На боку у него красовались два пистолета. Подойдя к стойке, он с вызовом посмотрел Питу в глаза.

– Тебе! – рявкнул бармен. – Черномазых и краснокожих не обслуживаем!