– Стой! Кто идет?

Услышав окрик молоденького часового, который, судя по голосу, был смертельно напуган, хотя и пытался казаться грозным, Джордан остановился. Парень стоял наверху высокой каменной стены, и капитан не мог его видеть – глаза слепило солнце.

– Капитан Джордан Синклер, из седьмого кавалерийского отряда, – откликнулся Джордан. – Будь любезен, приятель, поторопись, иначе я… — внезапно капитан осекся и упал без сознания наземь – сказались, видимо, усталость и нервное напряжение. Весь предыдущий день он брел по выжженной пустыне без еды и питья, превозмогая боль.

Очнулся Джордан ночью, лежа на казарменной кровати. Над ним склонился какой-то человек. Черное лицо, белозубая улыбка… Джордан напряженно стал вглядываться. Взгляд чернокожего был дружелюбен.

– Очнулся, приятель? – Негр улыбнулся еще шире. – Пора бы уже! Мы уж, грешным делом, думали, что ты…

– Рановато мне еще помирать! – прохрипел Джордан в ответ. – Ты КТО?

– Капрал Руфус Вашингтон, из девятого кавалерийского отряда. А ты?

– Капитан Джордан Синклер из седьмого. Фактически в моем лице ты видишь перед собой все, что осталось от этого самого седьмого отряда. Все остальные полегли вчера номером в ущелье Малпэйз…

– Апачи? – слегка нахмурившись, спросил Руфус.

– Они самые, – кивнул Джордан. – Викторио…

– Ни черта себе! – От удивления негр даже присвистнул. – Викторио! Да мы уже два дня идем за этим самым Викторио, преследуем его от самых Святых гор…

Джордан сдвинул брови. Голова по-прежнему раскалывалась, мысли путались, но что-то ему подсказывало, что в словах чернокожего капрала есть какой-то скрытый смысл. Только вот какой?