Хамил тряхнул головой, словно огромная овчарка; прозрачные брызги разлетелись во все стороны. Откинув с лица мокрые волосы, он направился к поручню, чтобы помочь молодому матросу перекинуть за борт большой бочонок с вином.

— Повелитель…

Обернувшись, Хамил увидел Рамида, своего раба-мавра, который по обыкновению держался в тени. Вот и сейчас он сгорбился и низко наклонил голову. Хамил знал, что Рамид ненавидит море и жестоко страдает от морской болезни при малейшей качке. Лицо его побледнело и осунулось, в широко раскрытых глазах стоял ужас.

— Что тебе, Рамид? Клянусь Аллахом, человече, лучше бы ты отсиживался в кубрике. Стоит взглянуть на тебя, и каждый посчитает, что мы уже готовы идти на корм рыбам!

— Пожалуйста, повелитель, соблаговолите пойти со мной. Срочное дело.

Хамил нахмурился, удивляясь, откуда у Рамида взялось мужество подняться за ним на палубу, но все же решил выполнить просьбу раба. Губы Рамида непрестанно шевелились, будто в безмолвной молитве, все время, пока он осторожно ступал по скользким доскам. Хамил нетерпеливо морщился, однако следовал за ним. Наконец раб остановился и перегнулся через поручень, пристально вглядываясь в бурлящую воду. Хамил, пожав плечами, подумал, что раба, должно быть, снова рвет.

— Что случилось? — прокричал он Рамиду, перекрывая очередной раскат грома. Рамид показал куда-то вниз и быстро отпрянул. Охваченный любопытством, Хамил занял его место у поручня, и в этот момент услышал тонкий жалобный вопль раба:

— Прости, повелитель, но твоя гибель даст мне свободу и богатство.

Хамил быстро обернулся, и нацеленный в спину кинжал глубоко вонзился в плечо. Он размахнулся, пытаясь ударить нападавшего, но клинок снова поразил его, на этот раз в бок. Хамил разъяренно зарычал, и пошатнулся.

— Грязная свинья! — крикнул он Рамиду. Тот съежился и словно усох, но второй негодяй, огромный нубиец, легко отодвинул мавра в сторону.