— Вы согрешили с синьорой Рацолли? — спросил Персиваль. — Ринальдо говорит, вы были ее кавалером. Когда вы к ней ходили, вы…

— Мы беседовали, — проговорил Вариан. — Она очень начитанна. А сплетничать со слугами — вульгарно, Персиваль.

— Бабушка тоже так говорит, но это же очень интересно! Слуги знают все.

— Надеюсь, твоя бабушка будет счастлива, когда вы с отцом вернетесь в Англию.

Мальчик послушно поддержал смену темы:

— Да, она говорит, что очень рада, потому что у нее никого больше нет. Дядя Джон — они называют его Джек — был старший, он умер до моего рождения. А дядя Дж… — Персиваль замялся; он закрыл книгу, придвинул стул поближе к Вариану и тихим, заговорщическим голосом сказал: — Они делают вид, что дядя Джейсон тоже умер, а это не так!

— Он брат твоей мамы? — спросил Вариан. Он знал, что старший брат сэра Джеральда умер от инфлюэнцы много лет назад. Как он слышал, других братьев или сестер у Брентмора не было.

— Он младший брат папы, — объяснил Персиваль. — Много лет назад он сбежал из дому, они все на него злились и притворялись, что он умер. А он жив… и он герой.

— Должно быть, он очень осторожный герой, потому что я о нем ничего не слышал.

— А вы слышали про Али-пашу, правителя Албании? — Персиваль постучал пальцами по обложке книги. — Поэтому я и читаю лорда Байрона, он рассказывает про Али-пашу и про албанцев, про страну, где живет дядя Джейсон. Он все время там жил, его прозвали Рыжий Лев. За мужество и рыжие волосы. У него такие же волосы, как у меня; насколько я понимаю, в Албании это редкость.

— Прошу прощения, Персиваль, но я читал эту книгу и не припоминаю, чтобы в ней упоминался Рыжий Лев. Где ты прочел про него?

Персиваль нахмурился: