Миссис Элтон заставляла их работать без отдыха, мол, дьявол только и ждет момента, чтобы соблазнить бездельников.

И в тринадцать лет Люс не видела ничего, кроме работы и порки. Она не удивлялась этому — дома отец поколачивал ее по любому поводу. Она считала счастьем, что у нее есть еда и одежда, но теперь, когда стала старше, чувствовала недовольство оттого, что ей коротко стригут волосы, и Бетси подогревала это недовольство.

Они спали вместе на чердаке. В некоторых домах все слуги спали в одной комнате, но миссис Элтон считала, что негоже молодым девушкам спать в одном помещении с парнями.

— Господи Боже мой! — восклицала она. — Что могло бы там твориться! Мне пришлось бы не смыкая глаз караулить их.

Каждую ночь девушек запирали на чердаке, а двери и окна закрывались на засовы.

— Если я услышу, что вы открываете окна, — грозила им миссис Элтон, — я вышвырну вас из дома. Распутство палкой не выбьешь, но я этого не потерплю!

Люс и Бетси лежали на соломенных тюфяках и болтали, пока не засыпали. Но после тяжелой работы сон приходил к ним быстро.

В эту воскресную ночь, когда они лежали на соломенных тюфяках, ожидая прихода миссис Элтон, Люс прошептала:

— Будет она нас сегодня бить?

— Не будет ни тебя, ни меня, — с уверенностью сказала Бетси.

Удивленная Люс приподнялась на локте и посмотрела на нее.

— Откуда ты знаешь?

— Чарли Херли сказал мне, — хихикнула Бетси. — Он заходил сегодня в дом, думаю, чтобы повидать меня. Он хотел вызвать меня…

Счастливая Бетси! Тяжелая работа и наказания не сломили ее веселый нрав. Она всегда мечтала о приключениях, ей ужасно хотелось, чтобы ее соблазнили.

— Ты отрезала кусок пирога, — напомнила ей Люс, — она заметила крошки у тебя на лифе.

— Ну и что с того? Я отрезала один или два кусочка. Ведь она была слишком занята. Ш-ш-ш! Она идет!