Когда они проезжали мимо кузницы, кузнец испытующе оглядел экипаж и его пассажирку, а потом поднял руку в знак приветствия. Силван помахала ему в ответ.

Как будто в родной дом вернулись.

— Вот мы в гору пошли, считайте, что уже приехали, — ткнул куда-то вперед своим кнутом Джаспер. — Вверх глядите. Вон за тот угол завернем, И увидите, как покажется дом лорда.

Она так и сделала, и никакая благовоспитанность не помогла ей удержаться от удивленного восклицания:

— Вот это да!

Дом, или, скорее, замок, оседлал вершину скалистого холма. Здание напоминало боевой корабль, почему-то выстроенный в готическом стиле. Еще оно походило на неистовое сражение разностильных, вопиюще не стыкующихся между собой архитектурных элементов. Видно, у каждого очередного герцога возникали свои, совсем не такие, как у его предшественников, представления о зодчестве и о хорошем вкусе. Видно, Джаспер правду говорил — безумцев среди них хватало. Трубы, шпили, флигеля, окна, оконца, барельефы — все это стремилось выделиться из естественного, столь же хаотичного фона, оторваться от нагромождения глыб гранита, песчаника, мрамора. Нельзя сказать, чтобы это вполне удавалось.

— Ну и ну, — только и сумела выговорить изумленная Силван, — как будто ребенок-великан расколотил игрушку, а потом попробовал опять как-то слепить разлетевшиеся кубики.

— Гости, когда это видят, обыкновенно пугаются. — Спина Джаспера под черной накидкой выпрямилась.

— И немудрено.

Густо растущие высокие деревья — рощицы Конского каштана и рябины — остались позади. Теперь коляска катила вдоль живой изгороди. Обогнув ее, они наконец смогли увидеть здание во всей его красе. Ничем этот замок не походил на новый дом ее отца, выстроенный и разукрашенный искуснейшими мастерами и лучшими умельцами Англии, но чем-то этот Клэрмонт-курт подкупал ее сердце, сердце дочки торгаша. Экипаж остановился у парадной лестницы — широченные ступени вели на террасу, а оттуда — уже в сам дом. Силван все никак не могла наглядеться на удивительное строение.