– Ваше величество, я не хотел омрачать торжества в честь предстоящего бракосочетания Глостера своими возражениями против утверждения новых налогов, которое вы собираетесь потребовать у парламента. – Де Бошан поднялся на помост и встал рядом с Глостером.

– Кто тебе сказал, что я намерен созвать парламент?

– Виндзор так близко от Вестминстера. Ручаюсь, вы не упустите случая сделать это, пока мы все собрались здесь на свадьбу.

– Разумеется, не упущу. Надо принять решение. Мои переговоры с Филиппом Французским ничего не дали. Растет вражда между английскими моряками юго-восточных портов и нормандскими рыбаками, которые незаконно ведут лов в наших водах. Филипп воспользуется этим предлогом, чтобы захватить Гасконь, последнее из наших французских владений.

– Ваше величество, вы планируете начать войну с Францией? – напрямик задал вопрос Джон де Варенн.

– Именно так. Я собираюсь ввести войска во Фландрию и захватить ее. Еще одну армию пошлю, чтобы отобрать Гасконь, если Филипп дерзнет сунуть туда нос.

– Война-дорогое удовольствие, ваше величество. Лично я не желаю платить больше налогов, – снова возразил Уорик.

В разговор вмешался Роджер Байгод, граф Норфолк:

– Раз речь зашла об этом предмете, то, должен сказать, я тоже возражаю против созыва парламента и полностью согласен с Уориком.

– Деньги мне нужны, – веско заявил Эдуард. – Нравится вам это или нет, собрать их необходимо.

«Предполагается, что мы станем танцевать под королевскую дудку», – подумал де Бошан. Он понимал, что король вступает на опасную тропу, ибо такое повышение налогов нарушало Великую хартию вольностей.

Тут в разговор вступил Джон де Боун, граф Херефорд:

– Джентльмены, не будем ссориться, по крайней мере, до тех пор, пока Глостер не сыграет свадьбу. Позже, в Вестминстере, мы обсудим наши разногласия.

Эдуард, желавший оттянуть предстоящее сражение с людьми до конца свадебных торжеств, с облегчением приказал подать всем вина.