Она не встречалась со своим мужем более пяти лет.

На мгновение она вздернула подбородок и зашагала еще шире. Он для нее больше ничего не значил. Она и сама не понимала, почему так усердно избегала его. В течение полутора лет – начиная с двадцать первого дня рождения – она обдумывала возможность завести любовника, чтобы заполнить пустоту в своей жизни, как это делали другие женщины, оказавшиеся в схожем положении. Есть несколько претендентов, которые при малейшем намеке с ее стороны более чем готовы оказать эту услугу. Но она все еще не решила, как осуществить этот замысел. Она не дала Эллиоту сына. В Свете существовал неписаный закон: замужняя леди не берет любовника, пока не подарит своему мужу законного наследника.

Но она решила, что в новом году, весной, она нарушит этот закон, не считаясь с последствиями. Ей двадцать два года. Она одинока. У нее есть потребности. Она связана браком, который устроили для нее, когда ей было только семнадцать, хотя тогда она согласилась на него достаточно охотно. Ведь Эллиот всегда был ее героем, особенно после того, как он ушел, чтобы сражаться в войне на Полуострове и при Ватерлоо. Глупая девчонка. Как будто воспоминания детства, щегольская военная форма и желание ее отца и мачехи были достаточно веским основанием для брака.

Этой весной она собиралась поехать в Лондон, и завести любовника. Она собиралась стать счастливой. Она собиралась снова стать молодой.

Но она любила его – Эллиота. Когда-то давно. Давным-давно.

Внезапно она почувствовала, что заблудилась, замедлила шаг и стала внимательно осматриваться. Где же она оказалась? Наконец она добралась до вершины холма и ей открылась панорама на мили вокруг. Хэммонд-Парка нигде не было видно. Должно быть, он дальше, чем она предполагала. Нельзя сказать, чтобы это ее взволновало. Еще долго будет светло, да и, в любом случае, должен же вскоре кто-нибудь проехать мимо.