Хрупкость и изящество двадцатидвухлетней Клеменси совсем не сочетались с рабочей одеждой, в которую она облачилась, и с тяжелым ящиком для инструментов, оттягивавшим ее руку. Она никогда не училась плотницкому делу, однако починенный ею забор выглядел вполне прилично. Жалко только, что на работу ушло много времени.

Хотя трудовая вахта Клеменси началась в шесть часов утра, список намеченных на сегодня дел еще не был закрыт. Она сокрушенно вздохнула и скрепя сердце решила отложить оставшееся на завтра. К тому же усталость брала свое, и Клеменси было бы трудно справиться с чем-то еще. Единственное, о чем она сейчас мечтала, это забраться в ванну и понежиться в горячей ароматизированной воде.

Едва Клеменси собралась уйти, как услышала стук лошадиных копыт по утрамбованной пыльной дороге. Обернувшись, она увидела всадника, направляющегося прямо к ней, и ее сердце застучало как молоток, когда она узнала в нем своего соседа Ленарда Рейнера.

Поскольку Клеменси догадывалась о цели его приезда, все внутри у нее сжалось от страха и мрачного предчувствия.

– Добрый вечер, Клеменси. – Всадник натянул поводья, и могучий вороной жеребец остановился буквально в шаге от нее.

– Добрый, – ответила она равнодушно, хотя это стоило ей неимоверных усилий.

– Как дела?

Обыкновенный вопрос вызвал в душе Клеменси бурю негодования. Как будто его действительно интересуют ее дела!

– Неплохо… – буркнула она и отвернулась.

– Если бы ты попросила, я мог бы прислать кого-нибудь из рабочих помочь с этим забором. – Тон Ленарда был абсолютно спокойный и непринужденный.

В голубых глазах Клеменси сверкнули молнии, когда она метнула в Ленарда взгляд, полный пренебрежения.

– Мне не нужна от тебя никакая помощь!

– Черт возьми, Клеменси, до чего же ты упряма! – Теперь в его голосе появились нотки нетерпения.