Райан присоединился к семье.

На его плечо легла рука. Повернув голову, он вновь увидел Рика. Что-то блеснуло в лукавых глазах зятя.

— Можно тебя на два слова? — спросил тот.

Райан кивнул.

Мужчины отошли в сторону, не желая привлекать к своему разговору внимание собравшихся.

— Во-первых, — начал Рик Перрини, — тебе следует знать, что я искренне сочувствую твоей потере и скорблю вместе с тобой…

Райан промолчал, но красноречиво поднял брови.

— Во-вторых, Гарт сообщил Кимберли, что перед самой гибелью Говард изменил завещание… Он предупредил Ким, чтобы не рассчитывала на многое, тем более после ее дезертирства в ювелирный дом Хаммонда.

Райан Блекстоун усмехнулся в ответ.

По собственному опыту Райан хорошо знал отцовские воспитательные методы. Десять лет назад Рик Перрини возглавил одно из торговых подразделений «Блекстоун Даймондз», что впоследствии позволило зятю стать вторым в корпорации после Говарда Блекстоуна. Райан знал, что подобное возведение чужака к олимпу — своеобразный ответ Говарда на моральное «дезертирство» сына.

Десять лет назад Райан отнесся к этому отцовскому решению более чем спокойно. Однако с годами копились негодование и враждебность по отношению к Рику, поскольку, невзирая на факт «возвращения блудного сына», Рик Перрини при поддержке Говарда продолжал победное шествие к вершине. Отец же к решению Райана вернуться отнесся подчеркнуто прохладно, с оттенком снисхождения. Блекстоун-младший долго терпел, пока накануне последнего Рождества откровенно не сказал отцу, что заслуживает большего поощрения в компании. Казалось, Говард принял это требование.

И, по признанию Гарта Бьюика, давнего друга отца и секретаря корпорации, изменил свое завещание.

На кону стояли не только движимое и недвижимое имущество, акции, но и место председателя правления «Блекстоун Даймондз». В этом заключалась основная интрига как для заинтересованных лиц, так и для наблюдателей.