— Я была у изготовителей рекламных щитов и пригрозила им иском на возмещение морального ущерба. Они очень извинялись за ошибку и обещали к завтрашнему дню снять щит. Если хочешь, они опубликуют официальное извинение. Я знаю, что в какой-то степени это моя вина, потому что я дала им фотографию, где мы с тобой вдвоем, но это самая лучшая моя фотография, и, клянусь, я несколько раз повторила, какую половину они должны использовать. Я не представляю, как они могли ошибиться. Но я очень, очень извиняюсь. — Франсин перевела дух. — Хьюго Фулбрайт узнал тебя, как ты боялась?

Энджи тяжело вздохнула, давая понять, что смирилась — что случилось, то случилось. Какой смысл обвинять Франсин, которая и так сделала все, чтобы поскорее исправить ситуацию.

— Да, узнал, — ответила Энджи. — И с того момента, как я вошла, на уме у него был только Сексапильный Ангел. Ради бога, как тебе пришло в голову так подписать фотографию? Он сразу связал это с моим именем.

— Я надеялась, что это подстегнет мужскую фантазию.

— Что ж, похоже, это сработало, — сухо заметила Энджи.

— Ты была очень… смущена?

— Да, я была ужасно смущена. — И возбуждена. Но об этом Энджи решила промолчать. — Хьюго Фулбрайт не поверил, что произошла ошибка. Он сказал, что восхищен моей смелостью и пригласил сопровождать его в поездке в Токио на «грязный» уикенд.

Здесь Энджи немного слукавила — его предложение не носило такого оттенка. Да, оно было не совсем… пристойным, но это вполне объяснимо после того, как он увидел ее фотографию с надписью.

Увидев, как у Франсин отвалилась челюсть, Энджи посчитала, что отмщена.

— Жаль, что на эту встречу поехала не ты, — продолжала Энджи. — Хьюго Фулбрайт красив как дьявол, богат, очень сексуален и на данный момент свободен. Ты потеряла великолепный шанс.

— Черт! — Шок трансформировался в разочарование из-за упущенной возможности. — В процессе подготовки контракта я встречалась с архитектором, который был давно и прочно женат и имел детей. До босса меня не допустили.