Мэттью Пьятт глубоко вздохнул, приходя в себя.

— Даже если так…

— Я же говорю: еще ничего не решено, — спокойно произнесла Оливия, убирая за ухо золотистый локон. Она всегда закалывала волосы в аккуратный пучок, собираясь на работу, но в этот вечер соорудила на голове довольно забавный хвостик.

— Но ты вот-вот согласишься. Теперь я уже не уверен, что хочу куда-то ехать, — простонал он. — Ведь ты собираешься общаться с этой свиньей! Лив, наверняка найдется что-то другое, чем ты можешь заняться. Неужели ты не понимаешь, что эта женщина просто хочет использовать тебя, чтобы было кому подставить плечо Ричарду, когда она его выставит за порог?

— Давай закроем тему, папа, — попросила Оливия. — Я обязательно сообщу тебе, какое решение приму.

— А что насчет Генри? — невинно поинтересовалась Элис, когда муж изложил ей новости, принесенные Оливией, и девушка оценила такт, с которым ее мачеха старалась поднять настроение Мэттью.

— За ним приглядит моя соседка, — заверила ее Оливия. — Конечно, если я вообще уеду, — добавила она, нервно улыбнувшись. — Ты права: разве я могу забыть о втором самом важном мужчине в моей жизни?

— А кто первый? — тут же спросил отец.

— Ну, конечно же, ты, папа, — улыбнулась девушка, обменявшись с мачехой заговорщическим взглядом.

Глава вторая

Оливия вновь стала перебирать в уме все аргументы, говорившие в пользу отказа от предложения Дианы, уже находясь на борту самолета, который направлялся в сторону Лос-Анджелеса.

Прошел месяц с тех пор, как она приняла предложение Кей, и все это время Оливия посвятила сбору информации о прошлом Дианы, разговаривая с ее бывшими соседями. Немало удивлял тот факт, что люди сохранили об этой женщине самые теплые воспоминания. Если Оливия создала для себя образ Дианы как испорченного и эгоистичного человека, то соседи и одноклассники запомнили ее щедрой, добросердечной, всегда готовой оказать посильную помощь любому, кто об этом просил.