Белка сидела под буком, и одно мрачное предчувствие в ней сменяло другое. Чувства были совершенно дурацкие, от них у нее заныли голова и ноги.

Белка почувствовала страшную усталость и решила прилечь.

  Когда она проснулась, был уже полдень. Светило солнце и слышался шорох крыльев - это мимо пролетала Цапля.

  - Цапля! Да Цапля же! - закричала Белка, вскочив с места и размахивая руками, как мельница. Но Цапля не обратила на нее никакого внимания. Немного спустя Белка заметила Ежа, возившегося в кустах напротив ее бука, и услышала, как где-то вдалеке ойкнул Слон, стукнувшись о дерево. А потом она увидела Муравья.

  - Муравей! Муравей! - завопила она, подбегая к нему. Муравей брел

неровной походкой.

  - Привет, Белка, - прохрипел он.

  - Ты где был? - воскликнула Белка, хлопнув его по плечу.

  - Чтоб я знал, - покачав головой, признался Муравей.

  И Мотылек, который с трудом поспешал за ним, подтвердил:

  - Мы и сами не знаем.

  Белка прекратила расспросы. Одна мысль билась у нее в голове: они здесь, они вернулись!

  Она побежала домой и перетрясла все свои запасы, чтобы отпраздновать что-нибудь со всеми вновь обретенными - неважно что. Она наполнила тарелки, налила стаканы, похлопала каждого по плечу и попросила больше не исчезать.

Они должны это пообещать, все до единого.

ЭТО БЫЛО в разгаре лета. Белка сидела за столом на верхушке своего бука.

  Муравей где-то путешествовал, и, возможно, на возвращение его рассчитывать уже не приходилось. "Почти наверняка", - сказал он перед уходом.

  Белка опустила голову на руки.

  Было очень тихо.

  Белка думала о Муравье и о дальних далях и о "почти наверняка" и о "никогда".

  "Приуныла я что-то, - подумала она, - это уж точно. - Она осмотрелась.