Мартин стоял слишком близко, блокируя ей путь. Алисия вперила в него взгляд, молча требуя освободить ей пространство и в то же время решительно переключив свой мозг на дело, ради которого она пришла сюда.

– Итак, где была Бьюти, когда вы спали здесь?

Мартин улыбнулся и, отойдя на шаг, показал на небольшой матрац, лежавший между двумя стульями странной формы. Бьюти, очевидно, лежала здесь, когда ее хозяева смотрели телевизор.

– Она спит там только тогда, когда ей этого хочется, – кисло сказал Мартин. – Видимо, ей не нравится спать здесь, если я в это время нахожусь в другой комнате. – Он тяжело вздохнул. – Когда приехала Моника, мне опять пришлось спать в этом кресле, потому что Бьюти сводила нас с ума своим лаем.

Алисия представила, как все это «понравилось» избалованной красотке: сначала лишили сексуального удовольствия, а потом бросили ради собаки. Она, безусловно, обдумала план убийства собаки и, действуя в соответствии с ним, поставила маленького пекинеса на скользкую наклонную поверхность, по которой Бьюти быстро съехала бы в глубокий бассейн, захлебнулась и утонула. Алисия мысленно поздравила отважную собачку с тем, что она расстроила коварный замысел Моники и осталась жива. Бьюти помахала хвостом в знак симпатии и взаимопонимания, и Алисия улыбнулась.

– Вчера здесь была вечеринка, – продолжал Мартин. – Когда мои друзья ушли, я лег в постель и... – Он поморщился. – В общем, вы знаете, что сделала Моника.

Алисия посмотрела ему в глаза.

– Это был негуманный поступок.

– Да, – согласился он и добавил: – Мои отношения с Моникой закончились сегодня утром.

Выпроводил ведьму, впустил кинолога, мелькнуло у Алисии в голове.

По блеску в глазах Мартина Алисия безошибочно догадалась, что он видит в ней замену Монике. Это был очень красноречивый, многозначительный блеск, подкрепляющий те намеки, которые Мартин делал около двери своей спальни.

Разум Алисии яростно противостоял этим прозрачным намекам, но тело заявляло о своих желаниях. Оно трепетало от возбуждения, и жаркая волна, прокатившаяся по всем его клеточкам, затопила и ее мозг, лишив Алисию способности разумно мыслить. В голове ее стучали одни и те же слова: «Я тоже хочу тебя».