Джози судорожно стиснула руль. Как могла я быть такой слепой, думала она, такой наивной, да что там щадить себя – такой дурой? А главное – как могло мне показаться, пусть даже на мгновение, что я его люблю? Если бы любила, не испытала бы такого огромного облегчения, избавившись наконец от него.

Девушка досадливо передернулась и случайно нажала на акселератор. Машина рванулась вперед, и ее занесло на мокром асфальте.

Если я хочу добраться до «Ленивого ранчо» целой и невредимой, решила Джози, мне придется сосредоточиться на дороге. Времени для анализа случившегося предостаточно. Именно для того, чтобы спокойно все обдумать, я и еду в эту гостиницу – еду одна, без жениха.

Дождь усилился, он так хлестал по ветровому стеклу, что «дворники» стали почти бесполезны. Девушка сбавила скорость: как бы не пропустить нужный поворот! Судя по рекламному проспекту, он должен быть где-то поблизости.

Наконец фары вырвали из темноты чуть поблескивающий металлический указатель. Джози почти легла на руль, стараясь разглядеть сквозь плотную завесу дождя, что на нем написано. В считанные доли секунды, когда «дворники» очистили стекло, она сумела прочитать верхнюю строчку. «Ленивое ранчо…» – и со вздохом облегчения свернула на узкую грунтовую дорогу, пролегавшую через дубовую рощу.

И нескольких метров вполне хватило, чтобы понять: ливень превратил дорогу в вязкое болото. На душе сделалось тревожно. Господи, что же делать? Развернуться на хлюпкой жиже немыслимо, но и назад, на шоссе, тоже не потащишься. Выбора нет – только вперед!

Вцепившись в руль так, словно он грозил оторваться и улететь, Джози черепашьим ходом продвигалась по грязи, пытаясь не угодить в какую-нибудь колдобину. Ливень, темнота – как ни всматривайся в освещенное пространство, все равно толком ничего не разглядишь. Дорога с каждой минутой становилась все хуже. Если я не доберусь до какого-нибудь жилья в самое ближайшее время, поняла экс-невеста, придется заночевать прямо на дороге.