Элизабет покачала головой. Она сомневалась, что ее сестра может что-либо надеть больше двух раз, не говоря уже о ста тридцати семи.

Джессика отдала Элизабет блузку и снова плюхнулась на кровать.

– Проблема в том, Лиз, что тебя никогда не оказывается рядом, если ты кому-нибудь нужна. Ты всегда с Тоддом или занята своей газетой. Когда ты наконец поймешь, что твоя семья должна быть для тебя на нервом месте!

Элизабет не верила своим ушам. У Джессики проснулся сегодня литературный талант. После заимствования без разрешения чужой блузки у нее хватало наглости обернуть гнев Элизабет против нее же самой. Лиз и не возражала против того, что она большую часть своего времени проводит со своим приятелем, Тоддом Уилкинзом, и работает репортером в школьной газете «Оракул», но это не давало Джессике права носить чужие вещи!

– Джес, – начала было Элизабет, но сестра бесцеремонно перебила ее:

– Все в порядке, Лиз. Я на тебя не сержусь.

Элизабет удивленно уставилась на сестру, не зная, плакать ей или смеяться.

– Забавно, – продолжала Джессика с чувством собственного достоинства, – по-моему, я только что слышала голос Стива.

При одном упоминании о брате ярость Элизабет бесследно испарилась. Она собиралась поговорить с сестрой насчет Стивена, но разговор до этого не дошел, так как Лиз занялась поисками своей блузки.

– Ты действительно слышала Стива, Джес, – торжественно изрекла Элизабет, присаживаясь на кровать.

– А почему он дома? У него что, опять каникулы?

– Это не каникулы, он ушел из колледжа.

Элизабет наблюдала за тем, как исказилось от ужаса лицо сестры при этих словах.

– Это правда? – недоверчиво спросила Джессика.

Элизабет теребила угол пледа.

– Да. Ему необходимо было отдохнуть от учебы.

– Это из-за Трисии, да?

Элизабет кивнула:

– Ему тяжело сейчас сосредоточиться на чем-то. Стиву кажется, что он должен был проводить больше времени с ней, а не в колледже.