– Очень вкусно, – сказала Мэри. – Ваша жена просто умница.

– Да, она у меня такая, – рассеянно отозвался Док, наблюдая за вереницей муравьев, ползущих по пледу. – Надеюсь, мы сели не на муравейник.

Мэри жевала одно печенье за другим и запивала их лимонадом. Вик налегал на курицу и вино, а Док, отказавшись и от того, и от другого, грыз яблоки. Они не произносили ни слова на протяжении добрых пятнадцати минут. Мэри никогда особенно не угнетало молчание. Она полностью погружалась в свои мысли, и ей не было скучно. Такое понятие, как «неловкая пауза», не про нее. Неловкой пауза была для того, кто в это время находился рядом с Мэри. Ей всегда казалось глупым поддерживать беседу только ради ее продолжения. Если Мэри не о чем поговорить с человеком, то она не станет с ним разговаривать.

– Мы надолго здесь? – спросила Мэри Дока, не отрывая взгляда от компании их соседей, которым было явно весело.

Хотелось бы мне оказаться среди них вместо того, чтобы сидеть в молчании между Виком и Доком, подумала Мэри и тихонько вздохнула.

– Тебе скучно? – встрепенулся Док. – Я захватил колоду карт.

Он полез в корзинку и действительно выудил оттуда карты. Прекрасно. Неужели он думает, что с картами станет намного веселее?

– Я не хочу играть в карты, – сказала Мэри.

Судя по виду Вика, он тоже не оценил затею.

– Напрасно, – покачал головой Док. – Зачем сидеть просто так?

Мэри взглянула на него. У Дока был такой несчастный вид из-за того, что никто не поддержал предложение, которое он искренне считал замечательным, что ей стало безумно жалко доктора.

– Ну хорошо, – сказала Мэри, смягчившись. – Ты прав, Док. Сдавай.

Лицо Дока осветила радостная улыбка, и Мэри полегчало. Она не могла видеть людей, у которых такой вид, словно они готовы расплакаться. Тем более мужчин с таким видом. Это вообще против правил.

Не успел Док сдать карты, как к ним подошел Люк.

– Простите, я не помешаю?