Опухла. Да так, что стала вдвое больше здоровой.

Они дошли до кабинета Дока, где противно пахло медикаментами. Мэри терпеть не могла больничный запах. После того как она провела в клинике почти полтора года, ее неприязнь к кабинетам врачей вполне понятна. Док стоял у большого шкафа со стеклянными дверцами и вытирал полки. Его белый больничный халат и строгое выражение лица никак не вязались с большой синей тряпкой в красный горошек, которую он держал в руках. Наверняка тряпка в прошлом была носовым платком.

У Дока было такое выражение лица, будто он совершает научное открытие, а не занимается банальной уборкой кабинета. Должно быть, все, что Док делает, кажется ему чрезвычайно важным.

Мэри захихикала, и Вик поспешил усадить ее на стул и закрыть дверь кабинета.

– Что случилось? – спросил Док.

– Мэри вывихнула ногу, – ответил Вик, указав на нее кивком головы.

Мэри это очень не понравилось. Слишком уж пренебрежительным был кивок.

Док сразу же отложил тряпку, тщательно вымыл руки и подошел к Мэри. Она выставила ногу вперед. Док ощупал лодыжку и покачал головой.

– Сильное растяжение. Я сделаю тебе компресс, но болеть будет еще долго.

– А что я говорила! На что нужны врачи, если я сама себе могу без труда поставить диагноз?

– Как так получилось? Каталась на роликах? – предположил Док.

– Увы, нет, – ответил за нее Вик. – Кататься она собиралась завтра.

И снова в глазах его мелькнуло удовлетворение.

– Вик толкнул меня, – сказала Мэри. – Специально толкнул. Хотя, конечно, будет утверждать обратное.

Вик и Док переглянулись, словно обмениваясь только им известными мыслями. Ясное дело, они никогда не воспринимали Мэри всерьез. А Док, разумеется, поверил Вику, а не ей.

– Я объяснил, что это вышло случайно.

– А луна зеленого цвета! – парировала Мэри. – Я же говорила, Док, что Вик ни в чем не признается.

– Но почему ты думаешь, что он толкнул тебя нарочно? – вкрадчивым голосом спросил Док.