Их появление не осталось незамеченным. Такое впечатление, что семья давно уже была в сборе и сидела, уткнувшись носами в стекла окон, в ожидании родственника с сопровождающим его лицом женского пола.

Первыми из дома выскочили две девочки, внешне очень похожие на Матти. Та, что помладше, Эва Лииса, сразу же с визгом бросилась на шею брату. Вторая, Мария, старшая и более сдержанная, остановилась чуть в стороне и с чисто женским любопытством, по-взрослому оценивающе посмотрела на новоприбывшую. Затем, сделав какие-то свои выводы, тоже шагнула к брату и что-то прошептала ему на ухо. Наверное, комментарии по поводу увиденного.

Кристина терпеливо стояла, как на смотринах, за спиной Матти и ожидала своей очереди с большим букетом белых и розовых гладиолусов в руках. Выбор был несложный. Именно такие цветы больше всего нравились ее матери, и та разводила их на своем загородном участке, который на американский манер называла мой «хомстед».

Следом за девочками появились взрослые. Матти осторожно освободился из объятий сестер, затем выполнил обрядовые церемонии, положенные сыну при встрече с родителями, и только потом, повернувшись к Кристине, представил ее присутствующим. Кристина церемонно поздоровалась за руку со всеми и вручила букет госпоже Эстрос.

Хозяйка дома оказалась высокой худощавой женщиной с узким и строгим лицом и с неожиданно добродушными бледно-голубыми, окруженными сеточкой морщин глазами. В коротко стриженных волосах светло-русого цвета поблескивали ниточки седины. На ней было надето летнее платье прямого покроя из льна, с элементами национальной рунической вышивки на рукавах. По тому, как она обнимала сына, и по навернувшимся на глаза слезинкам становилось ясно, как не хватает старшего сына в этой семье, где царят любовь и взаимопонимание.

Отец, представившийся как Йорма Эстрос, сотрудник администрации губернатора провинции, был чуть ниже жены.