— То, что я позволил вам сесть за руль, моя дорогая Саманта, вовсе не означает, что мне нравится ваше странное чувство юмора, — строго сказал Лучано.

— А мне не очень нравится, что мы отпустили оперативника, который возил нас последние несколько дней, — парировала она. — Я знаю, что ситуация изменилась, но все равно предпочитаю иметь поддержку — на всякий случай.

— Перестаньте волноваться, пожалуйста, — отмахнулся Лучано, разворачивая на коленях карту. — Честно говоря, мне уже порядком надоело чувствовать себя закутанным в толстый слой ваты. Если я готов идти на так называемый незначительный риск, то вы можете спокойно заниматься своими обязанностями.

— Вам виднее, — пробормотала она себе под нос, пытаясь разобраться, куда какая скорость переключается.

— Ну так чего мы ждем? — нетерпеливо спросил Лучано. — Поехали, Саманта! Живее, живее! — сказал он по-итальянски.

«Поехали» и «живее», казалось, были его любимыми словами. Еще ни один из клиентов Саманты не требовал от нее выполнять все его распоряжения чуть ли не молниеносно. В последние несколько дней она вертелась как белка в колесе, едва успевая выполнять просьбы Лучано и не отставать от его сумасшедшего распорядка дня.

Поход по магазинам оказался не таким ужасным, каким Саманта представляла. Одному Богу известно, как это получалось, но, стоило Лучано войти в магазин, его тут же окружали продавщицы, которые наперебой начинали предлагать свои услуги.

Это происходило, очевидно, благодаря его необыкновенному обаянию, угрюмо подумала Саманта. Она-то знала, каким капризным и требовательным мог быть этот человек. И все же она сама не раз становилась жертвой сексуальных улыбок Лучано. Что уж говорить о молоденьких продавщицах, которые стайками сбегались при его появлении в торговом зале!

И такие сцены повторялись повсюду, куда бы они ни приходили. Саманта была потрясена, с какой легкостью Лучано удалось растопить сердце мегеры в приемной Вашингтонского банка.