Одно из тех владений богачей, где луга превращают в поля для гольфа, застраивают все помпезными стеклобетонными конструкциями, не имеющими ничего общего с уютным словом «дом», вырубают деревья под собственные прихоти, устанавливают нелепые фонтанчики, выкладывают искусственные терраски, чтобы на них имитировать живую природу в миниатюре... Нет. Во владениях Финча не было места гротеску. Лес остался лесом, луга — лугами, дом — домом, и над всем этим гордо высились горы. И от них Брук не могла оторвать завороженного взгляда.

- Не это ты себе представляла? — спросил, догадавшись, проницательный футбольный телекомментатор.

— Это настолько лучше, чем то, что я себе представляла, что у меня просто нет слов, — бессильно развела она руками и восторженно посмотрела на Дэнни, словно эти горы и этот лес были делом его рук. — Иногда сталкиваешься с какими-то особенными явлениями или вещами и думаешь: а как же ты мог раньше жить, не зная об их существовании? Вот и сейчас один из таких моментов. Раньше природа мне представлялась видом на фотографии или картине, тем, что окружает нас, когда мы выбираемся на пикник, или чем-то вроде экзотических панорам, которые показывают в широкоэкранных фильмах. Я и не представляла, что такое может открыться в какой-то сотне миль от моего прежнего места обитания. Это как найти сокровище пиратов и никому об этом не сказать, Дэнни.

— Все верно. Я нашел это сокровище. Теперь ты вместе со мной будешь хранить эту заветную тайну, Брук. В конце концов, я очень рад, что ты не разочарована. Мои редкие посетители придерживаются другого мнения. Им милее смог больших городов и головокружительные высоты многоэтажек. На свежем воздухе им становится дурно, а в пыли и копоти — в самый раз. Тут их одолевает скука. Они любят жить там, где даже после захода солнца все сияет, и переливается неоновым спектром, где барабанные перепонки дребезжат в ритмах соседских динамиков, где улицы ночью полны как днем. Всего этого здесь, понятно, нет...