Этих идиотов обмануть не трудно, но его она обмануть не может, сколько бы ни делала вид, будто памяти о той ночи не существует. Может быть, в этом все и дело? Не надеется ли Кора на то, что, выставив его из города, она окончательно избавится от воспоминаний? Или это просто месть за проявленную ею же самой слабость?

Как бы то ни было, она сильно ошибается. На войне как на войне, и Лайон будет драться до конца. Сохраняя невозмутимый вид, он терпеливо ждал окончания ее сообщения. Руки он предусмотрительно засунул в карманы, чтобы никто не заметил крепко сжатых кулаков. Исчерпав наконец все свои аргументы, Кора бросила на Строма вопрошающий взгляд.

– Сожалею, что мне пришлось все это сказать, сэр, – закончила Кора тоном, в котором все присутствующие несомненно услышали искреннее сожаление. – Проект мистера Кинга просто великолепен, но я не вижу способа осуществить его без серьезных финансовых потерь. – Она взглянула на Лайона. – Если только… я чего-нибудь не упустила… – Однако ее улыбка и уверенный голос явно говорили: подобное просто невозможно.

В зале наступила мертвая тишина. Стром и все остальные переводили взгляд с Коры на Лайона и обратно.

– Мистер Кинг, – нарушил наконец тишину председатель, деликатно прокашлявшись, – уверен, что у вас есть по этому поводу свои соображения.

– Разумеется, – спокойно сказал Лайон. – Разумеется, они у меня есть. – Он набрал полную грудь воздуха. Все глядели на него с интересом, и только на лице Коры появилось выражение легкого беспокойства. – Примите мои поздравления, мисс Рингвуд. Ваше выступление было очень интересным. – Он снисходительно улыбнулся, как взрослый человек, подбадривающий ребенка, хорошенько выучившего азбуку, но, переведя взгляд на Строма, посерьезнел. – Интересным, но неточным. Мисс Рингвуд, как мне кажется, допустила ошибки в некоторых ключевых вопросах.