Пять минут спустя они отправились в путь. Пес тревожно стоял на заднем сиденье и, к вящей досаде вспотевшего Майкла, жарко дышал ему в затылок.

На Флору произвело сильное впечатление то, как ловко Майкл вел машину по разбитому проселку. Внезапно ей пришло в голову, что этот работник с ранчо Лас-Пальмас — мужчина довольно симпатичный. На мгновение она вспомнила о тщательном осмотре, которому он подверг ее несколько минут назад. Удивленная тем, какой оборот приняли ее мысли, Флора сурово сказала себе, что она выжила из ума, что время и место для этого совершенно неподходящее, и начала смотреть в окно. Равнина казалась безбрежной, но пейзаж перестал быть таким пустынным: начали попадаться необычные скалы и даже небольшие рощицы.

А затем водитель спросил:

— Фло Эйлсбери, как давно вы знакомы с Робертом?

Она призадумалась и осторожно ответила:

— Несколько месяцев.

Майкл покосился на нее. Девушка сняла шляпу. Профиль у нее был точеный. Короткий прямой носик, красиво очерченные губы, изящный подбородок и стройная гладкая шея. Ухо с заправленной за него светлой прядью тоже было довольно миленькое. Майклу пришло в голову, что раньше он никогда не обращал внимания на девичьи ушки.

Да, Роберт, надо отдать тебе должное, губа у тебя не дура, подумал он. Но почему мне кажется, что на этот раз ты срубил дерево не по себе?

— Как вы познакомились с Робертом? — спросил он.

— На вечеринке, — честно ответила Фло, но это не помешало ей ощутить укол совести. Пока что ради простоты она выдавала себя за подружку Роберта Рестона, однако понимала, что впоследствии это наверняка осложнит ее положение. — Почему мне кажется, что это допрос? — добавила она, надеясь, что улыбка несколько скрасит резкость вопроса.

Уголок рта спутника приподнялся. Улыбка у него была чарующая.