Они с Брайаном просто расписались. Свидетельницей со стороны невесты была подружка детства Кэрри. Свидетелем со стороны жениха был непосредственный руководитель Брайана из местного офиса. Банкет был скромным, но продуманным, и проводился в новом, только что открывшемся ресторанчике, которому требовались заказы, требовалась раскрутка, нужна была реклама. Исключительно в рекламных целях владелец ресторанчика, оказавшийся дальним родственником подружки невесты, сделал внушительную скидку. Свадебный торт пекли собственноручно мама Энн и Элисон. Торт удался на славу – основу составило воздушное безе с миндалем, марципановыми украшениями и традиционными (хоть что-то действительно традиционное!) фигурками жениха и невесты, черной и белой.

Брайан не покупал специального костюма для свадебного торжества и регистрации. Обошелся тем, что было в шкафу. Темно-серый костюм в тонкую черную полоску от довольно известного американского дизайнера, до сих пор ни разу не надетый, оказался словно сшитым для Брайана. Этим все и удовлетворились.

Зато невеста была экипирована по полной программе… Чудесное белое шелковое платье струилось мягкими складками, нежно и бережно касаясь упругой груди, бедер, коленей. Туфли на высоких, в меру устойчивых каблуках, украшенные серебряными пряжками. Чулки, почему-то немилосердно кусающие ноги, с белоснежным кружевом отворотов. Визажист и парикмахер в салоне красоты не слишком сильно мучили Энн ради показной, демонстративной красоты на свадебных снимках. Нейтральный, в меру нежный макияж подчеркнул все достоинства юного личика Энн, а роскошную каштановую шевелюру потребовалось лишь как следует уложить и переплести. К счастью Энн, обошлось без фаты, закрывающей лицо.

К счастью Энн, и мама, и Элисон усердно помогали ей во всех поисках, покупках и приготовлениях.